_________________________________________________________ http://classic.marxist.su
<< Начальная


Павел Раевский

Марксизм и Франкфуртская школа

Отличие подходов к категории «свобода»


Подход Маркса к проблеме свободы с развитием его творчества не остается неизменным. В работе «Экономическо – философские рукописи 1844г» свобода и ее исчезновение или снятие, тесно связывается с тенденцией отчуждения индивида в обществе. В «Немецкой идеологии» Маркс приходит к выводу, что «…подлинная свобода это необходимость каждого индивида развертывать свою собственную общественную природу». В более поздних работах К. Маркс рассматривает проблему «свободы» как проблему разделения труда.

Проводя сравнение в подходах к анализу категории «свободы» К. Маркса и теоретиков франкфуртской школы имеет смысл, прежде всего, обратиться к статье ее основоположника Макса Хоркхаймера «Традиционная и критическая теория».

На страницах «Традиционной и критической теории» в числе прочих ставится вопрос свободы индивида, причин утраты им этой свободы и условий для восстановления полноценного свободного существования индивидом. Общество, по мнению автора, где субъект лишен права на объективное знание и право свободно распоряжаться своим духовным и интеллектуальным ресурсом может существовать и развиваться лишь в рамках «превращенной формы сознания». Впрочем, «превращенная форма» у Хоркхаймера не такая уж и превращенная, т.к. фиксирует нечто относящееся и к реальному положению вещей.

Ведь противоположность «субъекта» и «объекта» отражает, по Хоркхаймеру, и реальное состояние социального мира, который, несмотря на свое внутреннее единство, предстает на поверхности общественной жизни в виде антагонистически непримиримого противоречия «единичного» и «всеобщего». В этом антагонизме выражается противоречивость человеческой «активности», которая на уровне общества в целом выступает как конкретная, но слепая, а на уровне каждого действующего индивида — как осознанная, но абстрактная; иначе говоря, каждый сознательно действующий индивид не знает, в какую конкретную совокупность выльется его деятельность, соединившись с деятельностью всех остальных «частичных деятелей». Таким образом, если субъект активности в рамках своего узкого назначения в социуме и ощущает личную свободу, то в контексте совокупного деятельностного вклада он несомненно закабален условиями общества «превращенного сознания». Исходя из этих безрадостных выводов Хоркхаймер предлагает несколько условий сохранения свободы индивида, которые, в сущности, и составили ядро позитивной части его «Критической теории».

а) Следует осознать одностороннюю природу любой специализированной деятельности, имея в виду, что любая такая деятельность является лишь частью целостного исторического «праксиса»4, т.к. возникает внутри него и «снимается» в нем.

б) Необходимо рассматривать в качестве предмета социальных наук всю человеческую природу в совокупности, а не дробить ее на виды и области знаний, изучать всю систему взаимоотношений общества и природы охватывающимся в сущности понятием «праксиса».

в) Правильно охватывать в качестве познающего субъекта не обособленного индивида и не члена ученой корпорации, а общественного человека, представляющего собой «тотальность» всех социальных определений входящих в общество индивидов .

г) Целесообразно осознавать, что для такого — «тотального» — субъекта познаваемый предмет не представляет собою нечто «внешнее», «объективное», не им положенное; наоборот, последний предстает как продукт его же собственной деятельности, выступающий как «чуждый» лишь в рамках «превращенной формы» сознания, расчленяющий «тотальность праксиса» на обособленные друг от друга «субъект» и «объект».

Таким образом, типологизация условий сохранения свободы индивида у Хоркхаймера выглядит следующим образом. 1)Условие свободы по характеру деятельности. Сама по себе деятельность индивида не должна быть узкоспециальна. «Любая специализированная деятельность является лишь частью целостного исторического праксиса». 2)Условие свободы по природе предмета. В качестве предмета общественных наук следует рассматривать социум во всех его проявлениях. Необходимо «изучать всю систему взаимоотношений общества и природы, охватывающуюся, в сущности, понятием праксиса». 3) И наконец, условие по типу субъекта. В качестве познающего субъекта Хоркхаймер предлагает рассматривать не отстраненного от полноценной общественной жизни представителя науки, а заурядного индивида, испытывающего влияние общества во всех его проявлениях на собственном опыте. Следует предполагать, подчеркивает автор «Критической теории», в качестве познающего субъекта не обособленного индивида и не члена ученой корпорации.

Подобную типологизацию используют и основоположники марксизма.

К. Маркс предлагает такой контроль за производством, который осуществлялся бы именно свободными и всесторонне развитыми индивидами.

1)Фиксируя тип условий сохранения свободы индивида по характеру деятельности, Маркс утверждает: «Посредством машин, химических процессов и других методов промышленность постоянно производит перевороты в техническом базисе производства, а вместе с тем и в функциях рабочих и в общественных сочетаниях процесса труда». Здесь классик вскрывает связь свободы субъекта деятельности с широтой его функций, гарантирующих эту свободу.

2)Говоря об условиях сохранения свободы по природе предмета деятельности, К. Маркс подчеркивает: «Современная промышленность столь же постоянно революционизирует разделение труда внутри общества и непрерывно бросает массы капитала и массы рабочих из одной отрасли производства в другую. Поэтому природа крупной промышленности обуславливает перемену труда, движение функций всестороннюю подвижность рабочего». В данном случае Маркс показывает необходимость широкого предметного поля деятельности индивида, обеспечивающего право на свободное самоопределение.

3) «Крупная промышленность, – заключает К. Маркс, говоря о критерии субъекта, – своими катастрофами делает вопросом жизни и смерти признание перемены труда, а потому и возможно большей многосторонности рабочих, всеобщим законом общественного производства, к нормальному осуществлению которого должны быть приспособлены отношения». К. Маркс формулирует задачу: «… чудовищность несчастного резервного рабочего населения, которое держится «про запас» для изменяющихся потребностей капитала в эксплуатации, заменить абсолютной пригодностью человека для изменяющихся потребностей в труде».Таким образом, автор «Капитала» видит залог бесперебойной работы производства во всесторонне развитой, свободной личности, владеющей всем спектром интеллектуально-трудовых навыков.

К. Маркс в статье «Царство свободы и материальный труд» в качестве определяющего принципа свободного развития индивидуальностей видит доступность средств художественного и научного развития для всех членов общества. «Свободное развитие индивидуальностей, пишет он, - не сокращение необходимого рабочего времени ради увеличения прибавочного труда, а вообще сведение необходимого труда общества к минимуму». «Этому – продолжает Маркс – соответствует художественное, научное и т.д. воспитание индивидов в свободное для всех них время и средствами, сделавшимися доступными для всех». Принципиальным пунктом марксовых положений о свободе личности является утверждение, что «основным капиталом» является сам человек. И именно то обстоятельство, что индивид «усвоивший свою собственную всеобщую производительную силу», выступает отныне в качестве «основного устоя производства и богатства», что он становится рядом с непосредственным процессом производства в качестве его руководителя, а не «главного агента», вызывает объективную необходимость ориентировать общественные отношения, прежде всего, на сознательное производство всесторонне развитых, творческих и свободных индивидов.

В работе М. Хоркхаймера обращает на себя внимание понимание автором проблемы взаимосвязи или даже противостояния общества и индивида. Деятельность человечества как целого, по мнению Хоркхаймера, одновременно и свободна в каждом отдельном звене, и бессознательна в целом, ибо это целое подчинено стихийным условиям общества. Следовательно, и результаты такой деятельности с одной стороны абсурдны, а с другой - подлежат рациональному пониманию в рамках специализированных форм деятельности.

Таким образом, подчеркивает Хоркхаймер, за видимой потерей индивидом свободы и разрывом «субъекта» и «объекта» стоит изначальное единство. Но это не всеобщая субъективность, а противоречивое единство человечества (индивида и общества), осуществляемое в процессе производства. «Корень» этого единства чисто социологического происхождения: дело в том, что социальное развитие, достаточно хорошо «рационализированное» в каждом своем фрагменте в целом не подчинено никакому плану. В связи с этим затруднительно разрешение противоречия «свободы» и «пассивности», «априорного» и «чувственно данного», наконец, философии и психологии вообще. Ибо решение этих противоречий может быть только «социологическим». Оно достижимо лишь на путях освобождения всего общества в целом и преобразования его деятельности на уровень такого же «высшего единства» и согласованности, какими отличается человеческая деятельность в каждом отдельном сегменте производства.

Категория «свобода» в похожем методологическом ракурсе рассматривается и у К. Маркса. Еще в «Экономическо-философских рукописях 1844года» Маркс поднял вопрос свободы индивида в контексте противостояния этого индивида обществу. Он зафиксировал то обстоятельство, что над современным ему мышлением господствует факт «отчуждения» индивида от его же собственной «родовой жизни», от его «рода». Это обстоятельство с неизбежностью порождало иллюзию абсолютно самостоятельного существования «рода» - до индивидов и совершенно независимо от их воли и желаний, от самого факта их физического существования. Маркс категорически не согласен с такой постановкой вопроса. Стоит только забыть что индивидуальное и всеобщее в их взаимном обособлении – это предельные абстракции, как последующая работа по решению проблемы превращается в бесконечный ряд тщетных схоластических попыток «соединить» эти две абстракции, найти их «связь» друг с другом. Данные категории, с точки зрения К. Маркса, выступили в качестве абстракций только потому, что их связь была насильственно разорвана. Поэтому следует начинать не с этих двух абстракций, которые неправильно ориентируют теоретическое мышление, а с установления того, при каких обстоятельствах возникла видимость их взаимной независимости друг от друга. В силу теоретической несостоятельности противопоставления индивида обществу, К. Маркс с самого начала решительно подчеркивает: «Особенно следует избегать того, чтобы снова противопоставлять общество как абстракцию индивиду». Он фиксирует несостоятельность самой постановки проблемы отношения конкретного индивида к абстракции от него же самого – обществу: «Индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни – даже если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного, совершаемого совместно с другими проявлениями жизни, - является проявлением и утверждением общественной жизни». А это значит: противопоставлять индивида обществу все равно, что противопоставлять общество самому себе. Таким образом, по Марксу, проблема потери индивидом свободы, его отчуждение оказывается лишь идеологически перевернутой формулировкой иной проблемы - проблемы отношения «общества к самому себе». Следовательно, по сути дела это – проблема выявления причин вывода индивида за пределы собственной жизненной сферы. Наконец, это проблема того, как и почему происходит превращение свободной жизни индивидов в нечто противоположное жизненному проявленю каждой индивидуальности, проблема организации такой социальной реальности, которая не противостояла бы ее собственным носителям. А поскольку для индивида нет иной социальной реальности кроме другого индивида, то вопрос сводится к определению причин взаимного обособления индивидов в обществе. А последнее, в свою очередь, образует вопрос об отношении эволюции прогрессирующего разделения труда к историческому развитию человеческого индивида: его сил и способностей, его самодеятельности и свободы.

Прогресс капиталистического разделения труда, по Марксу, привел к полнейшему изгнанию свободы из сферы материального производства тем, что:

Во-первых, произвел отделение интеллектуальной стороны труда от «физической».

Во-вторых, эту «физическую» сторону низвел до одностороннего применения абстрактной человеческой способности.

В-третьих, применение этой односторонне развитой способности поставил в зависимость не от ее собственной меры, а от меры исходящей из требований предписываемых ритмом движения машины.

Термин «критическая теория», использованный Хоркхаймером уже в названии статьи, вызывает ассоциации с работой К. Маркса: «Критика политической экономии»—подзаголовок «Капитала» К. Маркса. Такие ассоциации вызывает и текст хоркхаймеровской работы касающейся проблем отчуждения и утраченной индивидом свободы. Однако проблема свободы приводит Хоркхаймера к новому социально-классовому контексту: к контексту «тотальной» критики всей прежней методологии «наук о духе» и социального познания вообще.

Из выводов М. Хоркхаймера становится ясно, что он видит обязательным условием сохранения свободы индивида всестороннее развитие его личности, полноценное существование в обществе. Хоркхаймеровская теория ставит в четкую зависимость понятия свобода и самодостаточность, независимость и универсальность. Рассматривая условие сохранения свободы по типу субъекта, Хоркхаймер подчеркивает принципиальную важность включенности индивида в социальную жизнь, отсутствие в нем узкоспециального интереса делающего восприятие односторонним и необъективным.

Идея всестороннего развития индивида роднит понимание свободы Маркса и Хоркхаймера. Однако знак тождества между этими теориями ставить преждевременно. При всем многообразии совпадений (сохранение свободы по типу деятельности, по типу предмета, по типу субъекта) отдельных элементов и связей двух концепций они (эти концепции) методологически неоднородны. Если Маркс повествует об освобождении индивида в аспекте его профессионально-трудовой деятельности, то Хоркхаймер ставит акцент на науке и познании. Именно научный процесс, расширение предмета этого процесса, для субъекта такой деятельности становится залогом свободы. Следовательно, аспекты в которых Маркс и Хоркхаймер исследовали категорию свободы можно назвать соответственно политэкономическим и гносеологическим.

В «Традиционной и критической теории» в качестве одной из предпосылок «изъятия» или снятия человеческой свободы Хоркхаймер фиксирует отделение индивида от общества. Обозначив заведомое категориальное единство понятий индивид-общество, автор ставит проблему выявления условий в социуме для порочного противопоставления этих элементов, таким образом, пытаясь выявить природу снятия свободы индивида. К. Маркс, как показано выше, отталкивается от тех же оснований в поиске причин отчуждения личности, проведя, однако, более глубокий анализ основной посылки – неразделимости индивида и общества. Кроме того, в своих умозаключениях Маркс пошел заметно дальше Хоркхаймера, выявив три причины ликвидации свободы индивида, которые, в свою очередь, стали следствием обособления индивидов друг от друга.

Таким образом, М. Хоркхаймер на данном этапе своего творчества во многом еще придерживается традиций классического марксизма. Однако нельзя не признать факта его отказа от классового подхода – основного методологического приоритета К. Маркса.

* * *